Полную версию материала
Вы можете прочитать в газете «Красное знамя»
Сквозь тысячелетие
Много тайн хранит церковь в честь иконы Божией Матери «Знамение» в Аннине
Все храмы строились в общем-то по одним и тем же канонам, но какие же они разные и каждый по-своему прекрасен
Церковь в честь иконы Божией Матери «Знамение» в Аннине снаружи поражает своими размерами. В небольшом селе, затерянном среди полей и лесов, вдруг такое внушительное и монументальное сооружение с высокой колокольней и такой же высоты шатром… Изнутри храм тоже не кажется маленьким, но при этом он какой-то уютный, домашний. Чистые побеленные стены и низкие своды приделов словно излучают тепло.
Страшно подумать, сколько лет основной части храма и трапезной (приделы возводились позднее)! Но, как выяснили археологи, пробивавшие шурфы возле бутового фундамента, на самом деле до нынешнего сооружения здесь стояла еще деревянная церковь. На рубеже культурных слоев десятого и одиннадцатого веков обнаружено погорелье. То есть здесь молились Богу в тот период, когда Киевская Русь принимала православие. Получается, что христианизация шла одновременно и много севернее?
Как считает отец Петр Григорьев (с его приходом в 1997 году и проводились археологические исследования), этот храм хранит много загадок и не торопится их раскрывать.
Например, точно известно, что рядом с храмом похоронены русские воины, павшие в сражении с литовцами у Тростенского озера в 1468 году. Об этом упоминают летописи. А в каком веке на этом месте была впервые построена церковь, ни один исторический документ не упоминает. Когда стены были оголены, специалисты утверждали, что по кирпичной кладке основную часть храма можно датировать началом пятнадцатого, а может, и концом четырнадцатого века. Часть под звонницей была возведена скорее всего в семнадцатом – начале восемнадцатого века. Стены пробили и возвели приделы, расширив помещение по просьбе прихожан, еще позднее.
Известно, что в семнадцатом веке в селе жили полторы тысячи человек, в восемнадцатом здесь было три мануфактуры, в том числе суконная. А вот почему село было таким большим, можно только догадываться.
Основная версия – близость торгового пути «из варяг в греки». Скорее всего, речка Перевалочня действительно была перевалочным звеном на торговом пути, а деревня Стрыгино на противоположном берегу вовсе и не Стрыгино, а Стругино. В первом случае происхождение названия непонятно, а во втором вполне объяснимо, поскольку стругами называли старинные речные деревянные суда. Их днища были плоскими, что позволяло не только плавать по рекам, которые, очевидно, были гораздо полноводнее нынешних, но и перекатывать, волочить судно из одной реки в другую. В этом случае в деревне на берегу Перевалочни можно было остановиться, передохнуть, починить свои струги.
Как рассказывает отец Петр, в ручье неподалеку дети нашли очень древнюю греческую вазу, что еще раз подтверждает эту версию.
Остается загадкой и происхождение названия села Аннино. Ранее высказывалось предположение, что оно связано с именем одной из жен Ивана Грозного, которая могла быть сослана сюда. Но, по данным настоятеля храма, на сегодняшний день доказано, что в то время, когда появилось это название, будущей жене Ивана Грозного было четыре года, так что царица здесь ни при чем. До этого село называлось Вельяминово по имени владельцев, затем Знаменское – по имени храма. В честь какой Анны оно было названо позднее, неизвестно.
Чуть ли не до конца восемнадцатого века на Руси существовала Мерная палата, предписывавшая, в частности, по каким меркам должны строиться разные храмы – деревенские, городские, соборные, кафедральные – в зависимости от статуса.
Наш храм сложен по меркам, приписываемым храмам кафедрального значения, – говорит отец Петр. – Может быть, потому что владельцами его были высокопоставленные люди: Вельяминовы, Милославские.
Одно время здесь было подворье Саввино-Сторожевского монастыря, туда отправляли и подати. Храм стоял на заметке в императорском археологическом обществе, и оно решало, расстраивать его или нет. Им интересовались такие люди, как Мусин-Пушкин, Зограф, которые, в частности, были против его перестройки. Они говорили, что церковь настолько древняя и уникальная, что для богослужения проще построить рядом новую.
После революции вплоть до 1937 года храм был действовавшим. Затем его закрыли, предполагая использовать как картофелехранилище. Планировалось снести алтарную часть – апсиду, чтобы сделать ворота и подводами ввозить картофель. Колхозники начали строить дорогу поперек холма, вырыли ров, который подходил уже близко к стенам, и… наткнулись на останки воинов, павших в битве с литовцами. Это можно было понять по доспехам и оружию – так хоронили в знак особой доблести. Работы остановили, из Рузы приехал уполномоченный НКВД. Он оказался грамотным офицером. Ров велел зарыть и храм не трогать. Таким образом воины, спасшие в древности Москву, в двадцатом веке спасли от гибели храм, уникальный памятник истории и культуры не только Подмосковья, но и всей России. Эту история поведала отцу Петру старая учительница, уроженка здешних мест.
Годы, когда люди считали, что могут обойтись без Бога в душе и в своей жизни, не прошли для храма бесследно. Даже надгробные плиты с церковного кладбища были увезены на фундамент… Интересно, как живется владельцам дома?
В 1997 году возобновилось богослужение, началось восстановление храма. Спонсоров в местном обедневшем приходе не оказалось, а сейчас и благотворители из Москвы переживают нелегкие времена. И все же благодаря их пожертвованиям удалось оштукатурить помещение (а перед этим еще в течение четырех– пяти лет сушить его, поскольку быстрая сушка может привести к разрушению).
Интерьерная часть, можно сказать, закончена. Сейчас здесь тепло, а ведь с восемнадцатого века прихожане просили (это видно из документов) расширить церковь и сделать ее теплой. Они жаловались, что по стенам течет вода, что трудно дышать от дыма, поскольку помещение отапливается небольшими печурками. Когда возводили приделы, в стенах и потолочных арках закладывали дымоходы, а печи топились в подвале. Восстановить эту систему не удалось, так как в советское время дымоходы были забиты, залиты раствором. Отопление пришлось сделать обычное.
Года два назад, когда поступали целенаправленные пожертвования, решили делать иконостас, но натолкнулись на мошенников – и вся работа встала…
А вот эту икону нам пожертвовал благочинный Игорь Лепешинский, – рассказывает протоиерей отец Петр. – Лик Богоматери не канонический, это скорее картина, чем икона, но писала ее матушка убиенного отца Бориса из Можайска. И сама прикрепляла стразы, украшая образ.
На этой иконе, которую прихожане называют Богоматерь Аннинская, на иконе «Неупиваемая чаша» и на некоторых других можно увидеть цепочки, сережки, кольца. На наш недоуменный вопрос батюшка пояснил:
Это означает, что у иконы произошло чудотворение. Богоматерь или святой Пантелеймон, которому молились прихожане, услышали и очень быстро откликнулись на мольбу. В благодарность люди приносят свои украшения. Я не считаю, что это правильно, – церковь ведь не охраняется, а случаи, когда грабят храмы и даже убивают священнослужителей, увы, не редкость…Но как запретить выражать свою благодарность за помощь?!
Жизнь всегда была непростой и нелегкой. Кто-то возлагает надежду на Бога, старается жить по его заветам (хоть и плохо у нас, грешных, получается), а кто-то опирается на темные силы… «Дьяволу служить или пророку – каждый выбирает для себя», как писал поэт Юрий Левитанский.
Кстати, чудотворение видели прихожане и у иконы, которую привозили с Афона. Икона только погостила в Аннине, а рушники, вышитые афонскими монахами, остались в подарок.
Свою историю имеет и храмовая икона Божией Матери «Знамение». Когда только возобновились богослужения, к отцу Петру подошла женщина, сказав, что она художница, и попросила благословения написать икону. Батюшка долго готовил ее к этому, в течение сорока дней она постилась, регулярно исповедовалась, причащалась, прежде чем приступить к созданию образа Богоматери. Через год после того, как завершила работу и отдала храму, художница ушла в монастырь, несмотря на протесты мужа.
По количеству знаков благодарности можно судить, что и эта икона не раз откликалась на молитвенные просьбы прихожан.
На этом месте люди обращаются к Богу вот уже тысячу лет. Кто-то отмечал здесь особое благодатное состояние, кто-то впервые соприкоснулся с живым Богом. Многим помог старый храм. Три года он числился в федеральной программе, но на все письма с призывом о помощи батюшка получал ответ, что возможности помочь нет… Не откликались и богатые организации, к которым обращались с просьбой о пожертвованиях на восстановление шатров, маковок. Если бы не отдельные благотворители…
Уникальное место с многовековой историей переживает нелегкие дни и ждет помощи от нас.
Галина РЫБИНА
Фото Сергея САВИНЫХ
Оставить комментарий
