Газета «Красное знамя»

Полную версию материала Вы можете прочитать в газете «Красное знамя»

"А что у нас интересного?"

Когда в Выборгской больнице мне накладывали гипс на ногу со сломанным пальцем, то страшно удивились, узнав, что я приехала из подмосковной Рузы и заплатила за экскурсию несколько тысяч.

– А что у нас смотреть за такие деньги? – недоумевали медики, забинтовывая мою ногу чуть ли не до колена.

Наверное, не только жители древнего Выборга с его интереснейшей историей, со старинной крепостью, с удивительной архитектурой считают, что особых достопримечательностей в их городе нет. Изо дня в день человек ходит по одним и тем же улицам, и ему кажется, что все это скучно и обыденно. Что яркая и насыщенная жизнь где-то там, на заграничных курортах.

– И как же вы получили перелом? – продолжали меня расспрашивать, подкатывая кресло на колесиках.

Пришлось пояснить, что в крепости смотрела на рыцарский турнир.

Для зрителей на склоне горы сделан деревянный настил в виде амфитеатра, чтобы можно было сверху наблюдать, как воины в кольчугах с мечами и топорами норовят нанести друг другу удар посерьезнее. В тот день в средневековых доспехах бились любители старины не только из Выборга, но и из других мест, в том числе из Беларуси. Уж не знаю, чем они друг другу насолили, а может, так вжились в образ, что решили, будто и правда перед ними злобный враг, но удары наносились нешуточные. Причем не всегда на бойцах были кольчуги. Иной получал топором в спину, так что зрительницы в ужасе вскрикивали. Другому доставалось по голове, железный шлем при этом гремел, как котел, по которому стукнули половником… Смотреть на это побоище было не особенно приятно. Хотелось думать, что предки горе-рыцарей сражались более достойно, в соответствии с каким-то кодексом чести.

Я решила покинуть зрительские места и направилась к выходу. Обходя группу туристов, наступила ногой на одну из досок и мгновенно провалилась чуть ли не по пояс. Другая нога при этом завернулась как у цыпленка табака. Было очень больно висеть в этом проломе, а взгляд продолжал следить, как падала вдоль склона подгнившая доска.

Дальнейший осмотр крепости пришлось отложить до лучших времен. На ужин в кафе на берегу Финского залива я еще кое-как доковыляла, а вечером представительница экскурсионной фирмы отвезла нас с дочкой на такси (за мой счет) в местную ЦРБ. Паспорт и страховой полис были со мной. За наложение лангетки с меня ничего не взяли. С дочки за снимок моего сломанного пальца потребовали пятнадцать рублей (у нас это встало бы подороже).

Медсестра «утешила» меня тем, что из крепости в этот день поступили еще пять или шесть пострадавших (побитых, порубленных) и выкатила на кресле в приемный покой.

В глазах у дочки заметался ужас.

«Не заберет. Неужто здесь оставит?» – испугалась я.

Нам вызвали такси, мы распрощались с гостеприимными и доброжелательными представителями выборгской медицины, и я поскакала на одной ноге к машине.

Таксистка долго выражала сочувствие, подсказала, где купить палку, и взяла с нас двойную плату – за заезд в дежурную аптеку.

Дальнейшее знакомство с городом проходило через стекло автобуса. Впрочем, от зданий, построенных несколько веков назад еще шведами, и более поздних построек трудно было отвести взгляд. У старой части Выборга свое лицо, архитектурный облик отличается от привычного глазу вида городов средней полосы России.

Кстати, многие, наверное, помнят, как герой Олега Даля в фильме «Земля Санникова» висит на циферблате высокой башни. Оказывается, эта сцена снималась на Часовой башне Выборга.

Мощная башня Олафа в крепости вся в лесах (надеюсь, строители починят и порушенный мною настил; не хочется, чтобы кто-то еще пострадал!). При одном взгляде на этот замок вспоминаешь, что русские войска лишь после нескольких попыток сумели взять его. Поселение, основанное еще в 1293 году, а по другой версии и гораздо раньше – карелами, принадлежало Швеции, в состав которой входила тогда Финляндия. В 1403 году шведский король даровал местным жителям «городские привилегии», а в 1710 году город с построенным шведами замком был взят русскими войсками и флотом, но только с 1721 года официально отошел к России по Ништадтскому мирному договору.

Знаменитый парк Монрепо я видела только из окна прогулочного теплохода, но подруги по экскурсии сказали, что этот пейзажный парк, ничем не напоминающий регулярные сады Версаля, производит огромное впечатление. С моря вздымающиеся из серой балтийской воды гранитные скалы с растущими на них соснами действительно выглядят величественно.

Изучать историю того или иного края, глядя на старые крепости, хранящие следы былых сражений, совсем не то, что читать об этих событиях в книге или на сайте. Это так здорово – путешествовать по России! За границей, конечно, тоже, но мы же еще так многого не видели и в родной стране! Интересно смотреть, как жили люди столетия назад и как сегодня живут.

В прошлом году, например, побывав в Старой Изборской крепости, посетив Словенские ключи, бьющие из скал и сливающиеся в Реку жизни, мы накупили у местных старушек пирогов с капустой, со смородиной и малиной, с черникой. Мои мама и бабушка – большие мастерицы по пирогам, но до сих пор помню вкус тех изборских – с пылу с жару, величиной в две ладони, истекающих ягодным соком… А стоили по двадцать рублей за штуку! Люди за счет этих пирогов, продаваемых туристам, и живут.

А пока шли из Тригорского в Михайловское, любуясь картиной, представавшей глазам Александра Сергеевича Пушкина, видя то же озеро, ту же мельницу, что навеки отразились в его стихах, то и строки эти звучали для нас как-то по-новому.

Из таких странствий приво-зишь и наблюдения о том, как умеют (или не умеют) люди рассказать о своем крае, показать его, а главное – сберечь все эти свидетельства исторического прошлого.

В Выборге, когда экскурсионный автобус лавировал между роскошными иномарками на узенькой старой улочке рядом с крепостным замком, нас поразило состояние многих домов, зиявших пустыми оконными проемами. Эти здания, построенные несколько столетий назад, можно было бы использовать под музеи, стилизованные под старину гостиницы, для съемок исторических фильмов наконец.

Как пояснила экскурсовод, приватизированные задешево в лихие девяностые эти дома не принадлежат муниципалитету и не просто ветшают, но еще и служат вместо контейнеров для мусора. В огромный дверной проем одной из архитектурных изюминок города проезжающие видят настоящую свалку, пешеходы могут еще и пополнить «коллекцию» хлама.

А как вам понравятся такие слова экскурсовода: «Посмотрите влево на это историческое здание, правда, его не видно из-за дерева»? Или такие: «Перед нами памятник архитектуры тридцатых годов двадцатого века. Внутрь мы не попадем, я покажу вам набор открыток, рассказывающих о знаменитой библиотеке, построенной по проекту архитектора Аалто».

Туризм у нас только развивается. Еще учиться, учиться и учиться, как говорил один товарищ, возвращавшийся в Россию по замерзшему льду Финского залива (впрочем, молодые люди уже, наверное, и не вспомнят самого Ульянова–Ленина, а не то что этот эпизод из его революционной деятельности).

Человеку свойственны углубленность в собственные проблемы и забывчивость по отношению ко всему остальному. И только когда ездишь, смотришь, слушаешь, начинаешь яснее понимать, что все мы – часть огромного и прекрасного мира, в котором все связано: прошлое, будущее и настоящее, живое и неживое. И все это надо беречь. В том числе и туристов, приехавших на экскурсию.

А нога зажила. Можно ехать в следующее путешествие. Кстати, в Выборге в одном из кафе с завистью смотрела на финских туристов, приехавших выпить в Россию и весело танцевавших под «Катюшу», которую исполняла под гитару на русском и финском языках какая-то девушка. Очень хотелось тоже пуститься впляс.

Галина Рыбина

Оставить комментарий

*





**